Новости, Фермер
Казахстан потерял рынок Узбекистана по мясу. МСХ намерен увеличить квоту на экспорт
О критическом положении дел в отрасли животноводства говорят фермеры. Из-за дорогих кормов и высокой себестоимости мяса, фермеры работают в убыток. А из-за ограничений, которые на отрасль наложили власти, казахстанские животноводы теряют экспортные рынки сбыта. Новый министр сельского хозяйства ситуацию понимает. Сейчас в ведомстве решается вопрос об увеличении экспортных квот, сообщает агентство «АПК Новости».
Поводом написания данной статьи стала статистика, которую привел Минсельхоз. По официальным данным, озвученным ведомством, в Казахстане растет поголовье сельхозживотных: численность КРС на 1 августа увеличилась на 2,7% и составила почти 10 млн голов. Объем производства мяса увеличился на 5% по сравнению с прошлым годом. По итогам 2022 года произведено 924 тыс. тонн мяса. Внутренний рынок полностью обеспечен животноводческой продукцией за счет отечественного производства.
«Вместе с тем, отечественная мясная продукция пользуется полярностью за рубежом. За полгода казахстанские сельхозтоваропроизводители экспортировали около 12 тыс. тонн мяса и мясопродуктов. Основными импортерами являются такие страны как: Узбекистан, Кыргызстан, Катар, Кувейт, Объединенные Арабские Эмираты и Саудовская Аравия», - отмечается в информации МСХ.
В это же время фермеры, занимающиеся животноводством, дают совершенно обратную информацию. Причем, она звучит не из одних уст. По их словам, «у простых крестьян забрали сенокосы, выпасы для скота, доложили, что вернули государству миллионы гектар, вот и забивают скот по всему Казахстану. Цены на мясо упали, отсюда временное изобилие и дешевизна. Но что будет завтра?!.»
Чтобы разобраться в вопросе, агентство «АПК Новости» обратилось человеку, который как никто лучше знает отрасль, причем изнутри – главе Мясного союза Казахстана Максуту Бактибаеву.
«Фактическое положение дел в мясном животноводстве очень критическое и печальное. Во-первых, кормов нет, они очень дорогие, себестоимость мяса очень высока. Цена реализации очень низкая (оптовые цены). Фермеры работают в убыток, они даже не могут покрывать свои выплаты по кредитам. Вынуждены заниматься другими вещами. Все это ведет к банкротству, закрытию фермерских хозяйств, сокращению поголовья», - сообщил Бактибаев.
По его словам, старые хозяйства закрываются, люди уходят из этого бизнеса, между тем, новые не приходят. Половина откормочных площадок в Казахстане простаивает.
«Это реальная ситуация, она такова», - подчеркнул эксперт.
Подобная ситуация сложилась по причине отсутствия экспорта, также отметил глава союза.
«Экспорта нет ни в Китай, ни в Россию, только в Узбекистан. И то узбекский рынок мы потеряли, потому что туда зашла Белоруссия со своим дешевым мясом. С ними конкурировать очень сложно. Люди работают, но очень сложно. Сейчас на Узбекистан работают буквально 2-3 предприятия. Больше экспортировать мясо некуда. Остальные страны – Таджикистан, Киргизия – не нуждаются в казахстанском мясе. Таджики, к примеру, покупают мясо, но дешевое из Белоруссии, Пакистана», - рассказал Максут Бактибаев.
В первую очередь это связано с тем, что поголовье скота в стране превышает потребность населения. Мы производим примерно 120% от внутреннего потребления. А это, в условиях закрытия экспорта, давит на внутренний рынок и ведет к низким оптовым ценам на говядину.
«Сейчас цена на говядину составляет 1800-2000 тенге за 1 кг мяса. Тогда как себестоимость составляет выше 2000 тенге. Мы вкачивали деньги в животноводство на протяжении последних 10 лет, поголовье росло, люди начали вкладываться, поверили. И с чем мы сейчас остались?» - развел руками собеседник агентства.
Эксперт считает, что сейчас Казахстану нужно открывать старые, а также осваивать новые рынки.
«Правительство закрывало экспорт скота по причине того, что его экспорт доходил до 85-90%. Власти боятся, что мяса не хватит, что оно подорожает. Но они не понимают, что розничные цены и оптовые – это совершенно разные цены, которые между собой никак не коррелируют. Поголовье вырезают каждый год, оно сокращается. С кем бы я ни разговаривал, никто не увеличивает поголовье, все сокращают», - отметил Максут Бактибаев.
В сегменте мяса Казахстан не конкурентоспособен.
«А по живому скоту мы конкурентоспособны, у нас себестоимость не такая высокая, как в других странах. Квота на экспорт живого скота составляет 500 голов с одной компании. У меня, к примеру, откормплощадка 5 тыс. голов. Чтобы ее запускать, надо покупать 5 тыс. голов скота и эти 500 голов они получается ни туда, ни сюда», - пояснил Бактибаев.
На вопрос о том, откроется ли китайский рынок, эксперт ответил, что сейчас в Китае цена на мясо очень низкая. Бразилия поставляет туда свою дешевую продукцию. Даже если Китай откроют, толку от него нам не будет. Что касается Эмиратов, там покупают очень мало.
Самый реальный рынок сбыта для Казахстана – это Узбекистан. Мы в 2019-2021 годах поставляли туда 200-250 тыс. голов скота в год. Сейчас все изменилась.
Министр сельского хозяйства Айдарбек Сапаров ситуацию прекрасно понимает, отметил наш собеседник. По последним данным, сейчас в ведомстве решается вопрос об увеличении квоты.
«На прошлой неделе я разговаривал с новым министром, он сказал, что понимает, что нужно открывать границу, иначе мы потеряем животноводство. Имеется ввиду не совсем открыть, а повысить квоты. Но и это хоть что-то. Увеличение квоты может вернуть поголовье. Нужно удержать хотя бы то, что есть. Потом потихоньку будет и рост, мы же вложили сотни миллиардов, как мы можем это бросить. У меня собственное производство, оно не рентабельное. Я, например, компенсирую за счет растениеводства. И многие так делают», - рассказал Максут Бактибаев.
Что касается цифр, которые приводит Минсельхоз, эксперт сообщил, что они не соответствуют действительности.
«Скот сдают на мясо по-дешевке, потому что его девать некуда. Оттуда и рост производства. Поголовье по факту не растет», - подытожил наш собеседник.
Татьяна Злая
Копирование и рерайт материалов без ссылки на источник запрещены
Фото иллюстративное, из открытых источников
Поводом написания данной статьи стала статистика, которую привел Минсельхоз. По официальным данным, озвученным ведомством, в Казахстане растет поголовье сельхозживотных: численность КРС на 1 августа увеличилась на 2,7% и составила почти 10 млн голов. Объем производства мяса увеличился на 5% по сравнению с прошлым годом. По итогам 2022 года произведено 924 тыс. тонн мяса. Внутренний рынок полностью обеспечен животноводческой продукцией за счет отечественного производства.
«Вместе с тем, отечественная мясная продукция пользуется полярностью за рубежом. За полгода казахстанские сельхозтоваропроизводители экспортировали около 12 тыс. тонн мяса и мясопродуктов. Основными импортерами являются такие страны как: Узбекистан, Кыргызстан, Катар, Кувейт, Объединенные Арабские Эмираты и Саудовская Аравия», - отмечается в информации МСХ.
В это же время фермеры, занимающиеся животноводством, дают совершенно обратную информацию. Причем, она звучит не из одних уст. По их словам, «у простых крестьян забрали сенокосы, выпасы для скота, доложили, что вернули государству миллионы гектар, вот и забивают скот по всему Казахстану. Цены на мясо упали, отсюда временное изобилие и дешевизна. Но что будет завтра?!.»
Чтобы разобраться в вопросе, агентство «АПК Новости» обратилось человеку, который как никто лучше знает отрасль, причем изнутри – главе Мясного союза Казахстана Максуту Бактибаеву.
«Фактическое положение дел в мясном животноводстве очень критическое и печальное. Во-первых, кормов нет, они очень дорогие, себестоимость мяса очень высока. Цена реализации очень низкая (оптовые цены). Фермеры работают в убыток, они даже не могут покрывать свои выплаты по кредитам. Вынуждены заниматься другими вещами. Все это ведет к банкротству, закрытию фермерских хозяйств, сокращению поголовья», - сообщил Бактибаев.
По его словам, старые хозяйства закрываются, люди уходят из этого бизнеса, между тем, новые не приходят. Половина откормочных площадок в Казахстане простаивает.
«Это реальная ситуация, она такова», - подчеркнул эксперт.
Подобная ситуация сложилась по причине отсутствия экспорта, также отметил глава союза.
«Экспорта нет ни в Китай, ни в Россию, только в Узбекистан. И то узбекский рынок мы потеряли, потому что туда зашла Белоруссия со своим дешевым мясом. С ними конкурировать очень сложно. Люди работают, но очень сложно. Сейчас на Узбекистан работают буквально 2-3 предприятия. Больше экспортировать мясо некуда. Остальные страны – Таджикистан, Киргизия – не нуждаются в казахстанском мясе. Таджики, к примеру, покупают мясо, но дешевое из Белоруссии, Пакистана», - рассказал Максут Бактибаев.
В первую очередь это связано с тем, что поголовье скота в стране превышает потребность населения. Мы производим примерно 120% от внутреннего потребления. А это, в условиях закрытия экспорта, давит на внутренний рынок и ведет к низким оптовым ценам на говядину.
«Сейчас цена на говядину составляет 1800-2000 тенге за 1 кг мяса. Тогда как себестоимость составляет выше 2000 тенге. Мы вкачивали деньги в животноводство на протяжении последних 10 лет, поголовье росло, люди начали вкладываться, поверили. И с чем мы сейчас остались?» - развел руками собеседник агентства.
Эксперт считает, что сейчас Казахстану нужно открывать старые, а также осваивать новые рынки.
«Правительство закрывало экспорт скота по причине того, что его экспорт доходил до 85-90%. Власти боятся, что мяса не хватит, что оно подорожает. Но они не понимают, что розничные цены и оптовые – это совершенно разные цены, которые между собой никак не коррелируют. Поголовье вырезают каждый год, оно сокращается. С кем бы я ни разговаривал, никто не увеличивает поголовье, все сокращают», - отметил Максут Бактибаев.
В сегменте мяса Казахстан не конкурентоспособен.
«А по живому скоту мы конкурентоспособны, у нас себестоимость не такая высокая, как в других странах. Квота на экспорт живого скота составляет 500 голов с одной компании. У меня, к примеру, откормплощадка 5 тыс. голов. Чтобы ее запускать, надо покупать 5 тыс. голов скота и эти 500 голов они получается ни туда, ни сюда», - пояснил Бактибаев.
На вопрос о том, откроется ли китайский рынок, эксперт ответил, что сейчас в Китае цена на мясо очень низкая. Бразилия поставляет туда свою дешевую продукцию. Даже если Китай откроют, толку от него нам не будет. Что касается Эмиратов, там покупают очень мало.
Самый реальный рынок сбыта для Казахстана – это Узбекистан. Мы в 2019-2021 годах поставляли туда 200-250 тыс. голов скота в год. Сейчас все изменилась.
Министр сельского хозяйства Айдарбек Сапаров ситуацию прекрасно понимает, отметил наш собеседник. По последним данным, сейчас в ведомстве решается вопрос об увеличении квоты.
«На прошлой неделе я разговаривал с новым министром, он сказал, что понимает, что нужно открывать границу, иначе мы потеряем животноводство. Имеется ввиду не совсем открыть, а повысить квоты. Но и это хоть что-то. Увеличение квоты может вернуть поголовье. Нужно удержать хотя бы то, что есть. Потом потихоньку будет и рост, мы же вложили сотни миллиардов, как мы можем это бросить. У меня собственное производство, оно не рентабельное. Я, например, компенсирую за счет растениеводства. И многие так делают», - рассказал Максут Бактибаев.
Что касается цифр, которые приводит Минсельхоз, эксперт сообщил, что они не соответствуют действительности.
«Скот сдают на мясо по-дешевке, потому что его девать некуда. Оттуда и рост производства. Поголовье по факту не растет», - подытожил наш собеседник.
Татьяна Злая
Копирование и рерайт материалов без ссылки на источник запрещены
Фото иллюстративное, из открытых источников
Комментарии
Хорошая инициатива создание селекционного центра. Надеемся что есть план мероприятий, есть финансовая поддержка, есть критерии и есть требования какими породами будет заниматься центр. По области Абай есть хорошие результаты по работе с Байыс, Эдельбайской породе в овцеводстве. А по КРС будут ли работы в селекционном центре? В этом плане племенной центр АО « Асыл тулік» готовы к сотрудничеству. Более 300 тыс доз племенного материала содержится в Биобанке АО « Асыл тулік» по 15 породам и линиям отечественной и зарубежной селекции баранов производителей https://asyl-tulik.kz/
смешно читать
Я слышал возят пшеницу с России и автотранспортный тоже. Даже объявление е ть могут привести в Казахстан пшеницу. Значит ещё работают линейки старые и махинации
Говорят ввозят зерно с России по любому.
В России ящер а может быть и сибирская язва они семена и мясо хотят ввозить в Казахстан
Конечно казахи откроют дорогу на ввоз мяса с России. До конца русские хотят перетровить казахской наци
Остатки по масличным будут 14 апреля
Можно будет получить
Есть данные по семечкам и льну сколько на остатке
Узбекистан заметно опережает наш агропром.
Сегодня часто говорят: «наука есть, а в поле она не работает».
Но если честно — проблема не в том, что ученые что-то не делают. Проблема в другом: то, что делает наука, неудобно применять в хозяйстве.
Вот простой пример.
Говорят: «есть засухоустойчивый сорт пшеницы».
Фермер спрашивает:
— А сколько сеять?
— Чем кормить?
— Когда давать азот?
— Как поливать?
— Что делать, если почва соленая?
И тут тишина.
Потому что дали не технологию, а просто результат.
А фермеру нужен не результат — ему нужна понятная схема действий.
То же самое с почвой.
Можно сказать:
«У вас электропроводность 5 мСм/см — средняя засоленность».
Но фермеру это ничего не дает.
Ему нужно понимать:
где на поле хуже, где лучше
где надо промывать
где давать гипс
где можно сеять нормальный сорт, а где только устойчивый
как это повлияет на урожай и деньги
Если этого нет — значит, это не технология.
Сейчас в основном как происходит?
Ученые делают опыт:
вариант 1
вариант 2 и тд.
получили прибавку
Написали статью — и на этом все заканчивается.
А в реальности фермер работает не делянками, а целым полем, где:
почва разная
засоление разное
влажность разная
И одна рекомендация на все поле просто не работает.
Поэтому во всем мире сейчас переходят на другой подход.
Не «одна рекомендация», а разделить поле на зоны и управлять каждой по-разному
Например:
соли больше, причем с допустимой долей натрия в поглощенном состоянии (нет осолонцевания) — значит просто промывка
соли больше, причем с большей долей натрия в поглощенном состоянии — значит промывка + кальций
соли меньше — можно дать больше азота и тд.
Вот это уже называется технологическое земледелие.
То же самое с удобрениями.
Обычно говорят: «внесите 100 кг азота».
А правильно — это, когда часть при посеве, часть в 5-7 листьев, то есть в зависимости от состояния поля (посева) и обеспеченности почвы.
Иначе: либо деньги уходят в никуда, либо растение не использует питание.
Главная проблема сегодня такая: наука дает «знания», а фермеру нужны «решения».
Фермеру важно всего три вещи:
1. Сколько вложить 2. Что конкретно сделать 3. Сколько он получит
Если этого нет — внедрения не будет, даже если разработка хорошая.
Что реально нужно менять?
Во-первых, каждая разработка должна заканчиваться не статьей в SCOPUS, а готовой технологией:
пошагово
с расчетными нормами (можно по модели или с использованием реальных нормативных коэффициентов
с дифференцированием доз и способов под разные условия
Во-вторых, нужно показывать это не на бумаге, а в поле:
реальные участки
реальные результаты
реальные деньги
Когда фермер увидит:
«вот тут сделали так — и получили больше»
— тогда он начнет внедрять.
И самое важное.
Будущее сельского хозяйства — это не просто:
больше удобрений
больше воды
А умное управление полем:
где дать больше
где меньше
где вообще не тратить
Если сказать совсем просто:
раньше работали «на глаз», сейчас нужно работать «по данным».
И вот здесь как раз такие вещи, как измерение засоленности, электропроводности, анализ почвы — это не просто наука.
Это инструмент, который может:
сэкономить деньги
повысить урожай
и сделать хозяйство стабильным
Поэтому вопрос сегодня стоит так:
не «есть ли наука», а «превращаем ли мы ее в понятную технологию для фермера»








Добавить комментарий