Племенной скот режут в Казахстане из-за ограничений на экспорт
После того, как Казахстан ограничил экспорт живого скота, фермеры потеряли возможность развиваться и зарабатывать. Квота на вывоз является такой маленькой, что животноводы вынуждены резать племенной скот, чтобы выжить, передают «АПК Новости».
Как рассказал порталу Caravan.kz исполнительный директор Мясного союза Казахстана Аскар Жубатыров, мясо сейчас практически не экспортируется. Есть единичные случаи экспорта отдельных компаний, у которых собственная кормовая база и несколько источников субсидий. Они могут демпингнуть цены и отправить мясо в Узбекистан.
Однако экспортировать мясо сейчас не выгоднее, чем продавать его на казахстанских базарах: узбеки покупают говядину по 2200-2300 тенге за килограмм, причем все транспортные расходы ложатся на плечи экспортеров. На казахстанских же базарах говядина стоит от 2274 тенге.
Какой смысл в этом случае везти мясо так далеко? Только лишь ради того, чтобы совсем уж не потерять экспортный рынок.
Еще два года назад Узбекистан покупал в Казахстане не мясо, а живой скот. Часть стада резалась сразу же после пересечения границы, часть шла на узбекские откормплощадки, часть – в племхозы. Ведь за счет казахстанского стада узбеки улучшали и породность своих буренок.
Как уверяют фермеры, схема была выгодна всем. И нужна по сей день: живой скот узбеки готовы покупать по 1500 тенге за килограмм. Если отбросить шкуру, копыта и прочую требуху, которую Казахстан и впрямь выбрасывает при продаже мяса, то получается, что килограмм мяса Узбекистан покупал бы по 3000 тенге.
Но дело не только в цене.
«Мы продаем племенных животных. У нас более 550 тысяч голов по Казахстану, их содержат 740 членов палаты и 15 тысяч заводчиков. К сожалению, фермеры, которые продают племенных животных, сталкиваются с такой ситуацией: животных они отдают сегодня, а деньги получают в течение всего года рассрочкой и так далее. Потому что в бюджетах областей нет денег на субсидирование закупки этих животных. А у фермеров нет денег, потому что у них нет возможности экспортировать мясо», - описывает ситуацию исполнительный директор Республиканской палаты казахской белоголовой породы Даурен Матакбаев.
Между тем близится конец года, всем крестьянским и фермерским хозяйствам пора платить за кредиты. А денег нет. Что делать? Ответ – очевиден и пугающ:
«Некоторым пришлось пустить на мясо племенной скот. Был бы открыт экспортный рынок, он мог бы продать свой скот за границу. По нормальной цене и с правильной целью», - признается Даурен Матакбаев.
В Казахстане третий год действует квота на вывоз за рубеж живого скота – 60 тысяч голов. По данным породной палаты, квота так мала, что воспользоваться ею могут лишь крупные хозяйства. Всем остальным приходится выживать. Хотя был бы на скот спрос, они могли бы кратно нарастить поголовье породистых мясных бычков.
«Уже на протяжении последних лет трех мы работаем по инерции: субсидии уменьшаются, рынков сбыта нет, цены на мясо сдерживают, душат нас различного рода запретами и так далее. И некоторые постепенно закрывают свои производства. Кто-то выжидает и надеется на лучшее. И в итоге у нас будет и спад поголовья, и рост импорта», - говорит Аскар Жубатыров.
Он считает, что у казахстанских властей есть еще пара лет, чтобы остановить процесс обнищания животноводов. И это должно быть задачей не одного ведомства, а всего правительства.
Анна Величко
Как рассказал порталу Caravan.kz исполнительный директор Мясного союза Казахстана Аскар Жубатыров, мясо сейчас практически не экспортируется. Есть единичные случаи экспорта отдельных компаний, у которых собственная кормовая база и несколько источников субсидий. Они могут демпингнуть цены и отправить мясо в Узбекистан.
Однако экспортировать мясо сейчас не выгоднее, чем продавать его на казахстанских базарах: узбеки покупают говядину по 2200-2300 тенге за килограмм, причем все транспортные расходы ложатся на плечи экспортеров. На казахстанских же базарах говядина стоит от 2274 тенге.
Какой смысл в этом случае везти мясо так далеко? Только лишь ради того, чтобы совсем уж не потерять экспортный рынок.
Еще два года назад Узбекистан покупал в Казахстане не мясо, а живой скот. Часть стада резалась сразу же после пересечения границы, часть шла на узбекские откормплощадки, часть – в племхозы. Ведь за счет казахстанского стада узбеки улучшали и породность своих буренок.
Как уверяют фермеры, схема была выгодна всем. И нужна по сей день: живой скот узбеки готовы покупать по 1500 тенге за килограмм. Если отбросить шкуру, копыта и прочую требуху, которую Казахстан и впрямь выбрасывает при продаже мяса, то получается, что килограмм мяса Узбекистан покупал бы по 3000 тенге.
Но дело не только в цене.
«Мы продаем племенных животных. У нас более 550 тысяч голов по Казахстану, их содержат 740 членов палаты и 15 тысяч заводчиков. К сожалению, фермеры, которые продают племенных животных, сталкиваются с такой ситуацией: животных они отдают сегодня, а деньги получают в течение всего года рассрочкой и так далее. Потому что в бюджетах областей нет денег на субсидирование закупки этих животных. А у фермеров нет денег, потому что у них нет возможности экспортировать мясо», - описывает ситуацию исполнительный директор Республиканской палаты казахской белоголовой породы Даурен Матакбаев.
Между тем близится конец года, всем крестьянским и фермерским хозяйствам пора платить за кредиты. А денег нет. Что делать? Ответ – очевиден и пугающ:
«Некоторым пришлось пустить на мясо племенной скот. Был бы открыт экспортный рынок, он мог бы продать свой скот за границу. По нормальной цене и с правильной целью», - признается Даурен Матакбаев.
В Казахстане третий год действует квота на вывоз за рубеж живого скота – 60 тысяч голов. По данным породной палаты, квота так мала, что воспользоваться ею могут лишь крупные хозяйства. Всем остальным приходится выживать. Хотя был бы на скот спрос, они могли бы кратно нарастить поголовье породистых мясных бычков.
«Уже на протяжении последних лет трех мы работаем по инерции: субсидии уменьшаются, рынков сбыта нет, цены на мясо сдерживают, душат нас различного рода запретами и так далее. И некоторые постепенно закрывают свои производства. Кто-то выжидает и надеется на лучшее. И в итоге у нас будет и спад поголовья, и рост импорта», - говорит Аскар Жубатыров.
Он считает, что у казахстанских властей есть еще пара лет, чтобы остановить процесс обнищания животноводов. И это должно быть задачей не одного ведомства, а всего правительства.
Анна Величко
Комментарии
Я слышал возят пшеницу с России и автотранспортный тоже. Даже объявление е ть могут привести в Казахстан пшеницу. Значит ещё работают линейки старые и махинации
Говорят ввозят зерно с России по любому.
В России ящер а может быть и сибирская язва они семена и мясо хотят ввозить в Казахстан
Конечно казахи откроют дорогу на ввоз мяса с России. До конца русские хотят перетровить казахской наци
Остатки по масличным будут 14 апреля
Можно будет получить
Есть данные по семечкам и льну сколько на остатке
Узбекистан заметно опережает наш агропром.
Сегодня часто говорят: «наука есть, а в поле она не работает».
Но если честно — проблема не в том, что ученые что-то не делают. Проблема в другом: то, что делает наука, неудобно применять в хозяйстве.
Вот простой пример.
Говорят: «есть засухоустойчивый сорт пшеницы».
Фермер спрашивает:
— А сколько сеять?
— Чем кормить?
— Когда давать азот?
— Как поливать?
— Что делать, если почва соленая?
И тут тишина.
Потому что дали не технологию, а просто результат.
А фермеру нужен не результат — ему нужна понятная схема действий.
То же самое с почвой.
Можно сказать:
«У вас электропроводность 5 мСм/см — средняя засоленность».
Но фермеру это ничего не дает.
Ему нужно понимать:
где на поле хуже, где лучше
где надо промывать
где давать гипс
где можно сеять нормальный сорт, а где только устойчивый
как это повлияет на урожай и деньги
Если этого нет — значит, это не технология.
Сейчас в основном как происходит?
Ученые делают опыт:
вариант 1
вариант 2 и тд.
получили прибавку
Написали статью — и на этом все заканчивается.
А в реальности фермер работает не делянками, а целым полем, где:
почва разная
засоление разное
влажность разная
И одна рекомендация на все поле просто не работает.
Поэтому во всем мире сейчас переходят на другой подход.
Не «одна рекомендация», а разделить поле на зоны и управлять каждой по-разному
Например:
соли больше, причем с допустимой долей натрия в поглощенном состоянии (нет осолонцевания) — значит просто промывка
соли больше, причем с большей долей натрия в поглощенном состоянии — значит промывка + кальций
соли меньше — можно дать больше азота и тд.
Вот это уже называется технологическое земледелие.
То же самое с удобрениями.
Обычно говорят: «внесите 100 кг азота».
А правильно — это, когда часть при посеве, часть в 5-7 листьев, то есть в зависимости от состояния поля (посева) и обеспеченности почвы.
Иначе: либо деньги уходят в никуда, либо растение не использует питание.
Главная проблема сегодня такая: наука дает «знания», а фермеру нужны «решения».
Фермеру важно всего три вещи:
1. Сколько вложить 2. Что конкретно сделать 3. Сколько он получит
Если этого нет — внедрения не будет, даже если разработка хорошая.
Что реально нужно менять?
Во-первых, каждая разработка должна заканчиваться не статьей в SCOPUS, а готовой технологией:
пошагово
с расчетными нормами (можно по модели или с использованием реальных нормативных коэффициентов
с дифференцированием доз и способов под разные условия
Во-вторых, нужно показывать это не на бумаге, а в поле:
реальные участки
реальные результаты
реальные деньги
Когда фермер увидит:
«вот тут сделали так — и получили больше»
— тогда он начнет внедрять.
И самое важное.
Будущее сельского хозяйства — это не просто:
больше удобрений
больше воды
А умное управление полем:
где дать больше
где меньше
где вообще не тратить
Если сказать совсем просто:
раньше работали «на глаз», сейчас нужно работать «по данным».
И вот здесь как раз такие вещи, как измерение засоленности, электропроводности, анализ почвы — это не просто наука.
Это инструмент, который может:
сэкономить деньги
повысить урожай
и сделать хозяйство стабильным
Поэтому вопрос сегодня стоит так:
не «есть ли наука», а «превращаем ли мы ее в понятную технологию для фермера»
А они нам за это пришлют бусы и жвачку.
Экспорт пшеницы в Таджикистан
Добавить комментарий