Казахстан рискует утонуть в собственном зерне

Фото: АПК Новости
Прогноз сбора зерна в Казахстане в 2024 году прогнозируется на уровне 17 млн тонн. По данным Бюро национальной статистики, данные которого цитирует пресс-служба Палаты предпринимателей, в этом сезоне нас ожидает увеличение не только зерновых, но и бобовых и масличных культур на 41% - до 26,3 млн тонн. Однако куда Казахстан будет сбывать такой богатый урожай? Данных объёмов достаточно не только для внутреннего потребления, но и отгрузки на экспорт, передает агентство АПК Новости.
Как Казахстан справится с текущим урожаем? По информации НПП «Атамекен», экспортный потенциал в этом сезоне составит свыше 10 млн тонн. Напомним, в прошлом году на экспорт ушло 8,8 млн тонн. Участников рынка сейчас волнует главный вопрос, сможет ли Казахстан ритмично отгружать эти объемы зерна, особенно с учетом того, что на складах и элеваторах остались неотгруженные партии прошлого года в объеме порядка 4,5 млн тонн.
Без должной инфраструктуры для хранения и переработки, Казахстан рискует столкнуться с проблемами сбыта и потенциальными убытками для фермеров.
«Когда темпы уборки будут нарастать, начнется заполнение емкостей и в какой-то момент их не хватит», - считает представитель Зернового союза Е.Карабанов.
По его словам, в стране может возникнуть ситуация, когда емкостей не будет хватать, и начнется коллапс.
Также, считают в Палате предпринимателей, экспорт зерна представляет собой серьезную проблему. Вице-премьер Серик Жумангарин отметил, что ежегодное производство зерна превышает потребности внутреннего рынка почти в 2 раза, правительство заинтересовано в увеличении экспорта и скорейшем сбыте остатков зерна.
По словам Евгения Карабанова, зерно надо вывозить и делать это прямо сейчас.
В августе в Нацпалате «Атамекен» собирались участники зернового рынка, которые констатировали сильную загруженность ж/д сети, экспортные возможности сужаются.
Каждый год количество транзитных грузов увеличивается, экспортёры зерна бьют тревогу, ведь планы перевозок со стороны КТЖ не согласовываются в полной мере. Более того, в НПП поступают письма от казахстанской и даже кыргызстанской ассоциации экспедиторов, которые утверждают, что создаются искусственные препятствия, ограничивающие законные права отечественных экспедиторских компаний в перевозках ж/д транспортом за счет создания привилегированных условий для аффилированных компаний.
Получается, что согласование, а отсюда и отгрузка, составляет лишь 20-30% от заявленных потребностей. При этом, КТЖ заявляет, что никаких проблем нет. На одном из брифингов КТЖ заместитель гендиректора по маркетингу и планированию ТОО «КТЖ-Грузовые перевозки» Саламат Абжалиев заявил, что Казахстан по-прежнему отправляет зерно и муку на экспорт. В основном в Китай, страны Центральной Азии, Иран, Афганистан, Турцию.
НПП «Атамекен» рассмотрела ситуацию на примере с Китаем – крупнейшем импортером пшеницы в мире. В 2023 году из Казахстана в Китай было отправлено 538 тыс. тонн пшеницы и 880 тыс. тонн ячменя. Тогда потенциал экспорта казахстанского зерна был нереализован.
Аграрии считают, что нужно предусмотреть приоритетность сельхозкультур при перевозках на станции Достык-Алашанькоу. В этом случае объем отгрузки в Китай может быть увеличен до 1 млн тонн. А весь объем экспорта может составить 3 млн тонн.
«Казахстан не всегда является надежным поставщиком сельхозпродукции. Если наши предприятия нарушают условия контракта, даже по независящим от них причинам, это негативно сказывается на весь рынок. Контрагент уже не видит наш рынок как надежный и долгоиграющий. Если им очень срочно нужна продукция и есть альтернатива, где быстрее, и не обязательно даже дешевле, главное, чтобы ритмичность поставок не была нарушена, - они выберут не нас», - считает управляющий директор департамента агропромышленного комплекса НПП «Атамекен» Еркен Наурызбеков.
Кроме того, финансовые проблемы фермеров сегодня становятся все более ощутимыми, считают в «Атамекен».
«Нам нужно сохранить платежеспособность фермеров. Мы обращались в Правительство, они это понимают. Нам надо решать вопрос долгов по субсидиям. В России и Беларуси уровень господдержки очень высокий», - отметил Наурызбеков.
Помимо этого, наблюдается рост импорта зерна из России. В 2023 году в Казахстан было импортировано 2,3 млн тонн российской пшеницы. Такая ситуация неизбежно отражается на цене на внутреннем казахстанском рынке.
Как сообщил сегодня глава Союза полеводов Виктор Асланов, коллеги из Казахстана, Узбекистана и других стран Центральной Азии сейчас ждут результата уборки в нашей стране.
«Присутствует некоторая нервозность в разговорах между фермерами и трейдерами. Коллеги спешат реализовать свою продукцию. Но я бы очень советовал все-таки подождать. Хотя бы недели две. Нужно дождаться итогов урожая. Нужно посмотреть, на самом ли деле он такой большой, как некоторые говорят. И, самое главное, какое качество. Когда вся картинка по качеству сложится полностью, тогда мы будем формировать цены. Надо еще дождаться цен от Продкорпорации, над чем мы в Союзе, кстати, тоже работаем», - сказал В.Асланов.
Ранее союзы предложили Продкорпорации свое видение по ценовой ситуации нового урожая.
В том, почему Казахстан рискует утонуть в собственном зерне, Палата предпринимателей «Атамекен» обещала разобраться более подробно совсем скоро на YouTube канале НПП в специальном выпуске «Сөйле Business».
Как Казахстан справится с текущим урожаем? По информации НПП «Атамекен», экспортный потенциал в этом сезоне составит свыше 10 млн тонн. Напомним, в прошлом году на экспорт ушло 8,8 млн тонн. Участников рынка сейчас волнует главный вопрос, сможет ли Казахстан ритмично отгружать эти объемы зерна, особенно с учетом того, что на складах и элеваторах остались неотгруженные партии прошлого года в объеме порядка 4,5 млн тонн.
Без должной инфраструктуры для хранения и переработки, Казахстан рискует столкнуться с проблемами сбыта и потенциальными убытками для фермеров.
«Когда темпы уборки будут нарастать, начнется заполнение емкостей и в какой-то момент их не хватит», - считает представитель Зернового союза Е.Карабанов.
По его словам, в стране может возникнуть ситуация, когда емкостей не будет хватать, и начнется коллапс.
Также, считают в Палате предпринимателей, экспорт зерна представляет собой серьезную проблему. Вице-премьер Серик Жумангарин отметил, что ежегодное производство зерна превышает потребности внутреннего рынка почти в 2 раза, правительство заинтересовано в увеличении экспорта и скорейшем сбыте остатков зерна.
По словам Евгения Карабанова, зерно надо вывозить и делать это прямо сейчас.
В августе в Нацпалате «Атамекен» собирались участники зернового рынка, которые констатировали сильную загруженность ж/д сети, экспортные возможности сужаются.
Каждый год количество транзитных грузов увеличивается, экспортёры зерна бьют тревогу, ведь планы перевозок со стороны КТЖ не согласовываются в полной мере. Более того, в НПП поступают письма от казахстанской и даже кыргызстанской ассоциации экспедиторов, которые утверждают, что создаются искусственные препятствия, ограничивающие законные права отечественных экспедиторских компаний в перевозках ж/д транспортом за счет создания привилегированных условий для аффилированных компаний.
Получается, что согласование, а отсюда и отгрузка, составляет лишь 20-30% от заявленных потребностей. При этом, КТЖ заявляет, что никаких проблем нет. На одном из брифингов КТЖ заместитель гендиректора по маркетингу и планированию ТОО «КТЖ-Грузовые перевозки» Саламат Абжалиев заявил, что Казахстан по-прежнему отправляет зерно и муку на экспорт. В основном в Китай, страны Центральной Азии, Иран, Афганистан, Турцию.
НПП «Атамекен» рассмотрела ситуацию на примере с Китаем – крупнейшем импортером пшеницы в мире. В 2023 году из Казахстана в Китай было отправлено 538 тыс. тонн пшеницы и 880 тыс. тонн ячменя. Тогда потенциал экспорта казахстанского зерна был нереализован.
Аграрии считают, что нужно предусмотреть приоритетность сельхозкультур при перевозках на станции Достык-Алашанькоу. В этом случае объем отгрузки в Китай может быть увеличен до 1 млн тонн. А весь объем экспорта может составить 3 млн тонн.
«Казахстан не всегда является надежным поставщиком сельхозпродукции. Если наши предприятия нарушают условия контракта, даже по независящим от них причинам, это негативно сказывается на весь рынок. Контрагент уже не видит наш рынок как надежный и долгоиграющий. Если им очень срочно нужна продукция и есть альтернатива, где быстрее, и не обязательно даже дешевле, главное, чтобы ритмичность поставок не была нарушена, - они выберут не нас», - считает управляющий директор департамента агропромышленного комплекса НПП «Атамекен» Еркен Наурызбеков.
Кроме того, финансовые проблемы фермеров сегодня становятся все более ощутимыми, считают в «Атамекен».
«Нам нужно сохранить платежеспособность фермеров. Мы обращались в Правительство, они это понимают. Нам надо решать вопрос долгов по субсидиям. В России и Беларуси уровень господдержки очень высокий», - отметил Наурызбеков.
Помимо этого, наблюдается рост импорта зерна из России. В 2023 году в Казахстан было импортировано 2,3 млн тонн российской пшеницы. Такая ситуация неизбежно отражается на цене на внутреннем казахстанском рынке.
Как сообщил сегодня глава Союза полеводов Виктор Асланов, коллеги из Казахстана, Узбекистана и других стран Центральной Азии сейчас ждут результата уборки в нашей стране.
«Присутствует некоторая нервозность в разговорах между фермерами и трейдерами. Коллеги спешат реализовать свою продукцию. Но я бы очень советовал все-таки подождать. Хотя бы недели две. Нужно дождаться итогов урожая. Нужно посмотреть, на самом ли деле он такой большой, как некоторые говорят. И, самое главное, какое качество. Когда вся картинка по качеству сложится полностью, тогда мы будем формировать цены. Надо еще дождаться цен от Продкорпорации, над чем мы в Союзе, кстати, тоже работаем», - сказал В.Асланов.
Ранее союзы предложили Продкорпорации свое видение по ценовой ситуации нового урожая.
В том, почему Казахстан рискует утонуть в собственном зерне, Палата предпринимателей «Атамекен» обещала разобраться более подробно совсем скоро на YouTube канале НПП в специальном выпуске «Сөйле Business».
Комментарии
Хорошая инициатива создание селекционного центра. Надеемся что есть план мероприятий, есть финансовая поддержка, есть критерии и есть требования какими породами будет заниматься центр. По области Абай есть хорошие результаты по работе с Байыс, Эдельбайской породе в овцеводстве. А по КРС будут ли работы в селекционном центре? В этом плане племенной центр АО « Асыл тулік» готовы к сотрудничеству. Более 300 тыс доз племенного материала содержится в Биобанке АО « Асыл тулік» по 15 породам и линиям отечественной и зарубежной селекции баранов производителей https://asyl-tulik.kz/
смешно читать
Я слышал возят пшеницу с России и автотранспортный тоже. Даже объявление е ть могут привести в Казахстан пшеницу. Значит ещё работают линейки старые и махинации
Говорят ввозят зерно с России по любому.
В России ящер а может быть и сибирская язва они семена и мясо хотят ввозить в Казахстан
Конечно казахи откроют дорогу на ввоз мяса с России. До конца русские хотят перетровить казахской наци
Остатки по масличным будут 14 апреля
Можно будет получить
Есть данные по семечкам и льну сколько на остатке
Узбекистан заметно опережает наш агропром.
Сегодня часто говорят: «наука есть, а в поле она не работает».
Но если честно — проблема не в том, что ученые что-то не делают. Проблема в другом: то, что делает наука, неудобно применять в хозяйстве.
Вот простой пример.
Говорят: «есть засухоустойчивый сорт пшеницы».
Фермер спрашивает:
— А сколько сеять?
— Чем кормить?
— Когда давать азот?
— Как поливать?
— Что делать, если почва соленая?
И тут тишина.
Потому что дали не технологию, а просто результат.
А фермеру нужен не результат — ему нужна понятная схема действий.
То же самое с почвой.
Можно сказать:
«У вас электропроводность 5 мСм/см — средняя засоленность».
Но фермеру это ничего не дает.
Ему нужно понимать:
где на поле хуже, где лучше
где надо промывать
где давать гипс
где можно сеять нормальный сорт, а где только устойчивый
как это повлияет на урожай и деньги
Если этого нет — значит, это не технология.
Сейчас в основном как происходит?
Ученые делают опыт:
вариант 1
вариант 2 и тд.
получили прибавку
Написали статью — и на этом все заканчивается.
А в реальности фермер работает не делянками, а целым полем, где:
почва разная
засоление разное
влажность разная
И одна рекомендация на все поле просто не работает.
Поэтому во всем мире сейчас переходят на другой подход.
Не «одна рекомендация», а разделить поле на зоны и управлять каждой по-разному
Например:
соли больше, причем с допустимой долей натрия в поглощенном состоянии (нет осолонцевания) — значит просто промывка
соли больше, причем с большей долей натрия в поглощенном состоянии — значит промывка + кальций
соли меньше — можно дать больше азота и тд.
Вот это уже называется технологическое земледелие.
То же самое с удобрениями.
Обычно говорят: «внесите 100 кг азота».
А правильно — это, когда часть при посеве, часть в 5-7 листьев, то есть в зависимости от состояния поля (посева) и обеспеченности почвы.
Иначе: либо деньги уходят в никуда, либо растение не использует питание.
Главная проблема сегодня такая: наука дает «знания», а фермеру нужны «решения».
Фермеру важно всего три вещи:
1. Сколько вложить 2. Что конкретно сделать 3. Сколько он получит
Если этого нет — внедрения не будет, даже если разработка хорошая.
Что реально нужно менять?
Во-первых, каждая разработка должна заканчиваться не статьей в SCOPUS, а готовой технологией:
пошагово
с расчетными нормами (можно по модели или с использованием реальных нормативных коэффициентов
с дифференцированием доз и способов под разные условия
Во-вторых, нужно показывать это не на бумаге, а в поле:
реальные участки
реальные результаты
реальные деньги
Когда фермер увидит:
«вот тут сделали так — и получили больше»
— тогда он начнет внедрять.
И самое важное.
Будущее сельского хозяйства — это не просто:
больше удобрений
больше воды
А умное управление полем:
где дать больше
где меньше
где вообще не тратить
Если сказать совсем просто:
раньше работали «на глаз», сейчас нужно работать «по данным».
И вот здесь как раз такие вещи, как измерение засоленности, электропроводности, анализ почвы — это не просто наука.
Это инструмент, который может:
сэкономить деньги
повысить урожай
и сделать хозяйство стабильным
Поэтому вопрос сегодня стоит так:
не «есть ли наука», а «превращаем ли мы ее в понятную технологию для фермера»



















Добавить комментарий