Нужно иметь минимум 1 тыс. коров, чтобы что-то заработать, говорят животноводы

Животноводы сетуют на высокую себестоимости мяса и его дешевизну на рынке. Фермер, у которого 100 голов, не сможет заработать ничего, говорят они. Чтобы хозяйство было рентабельным, нужно содержать как минимум 1 тыс. голов, передают «АПК Новости».
 
Как сообщил в интервью агентству Informburo.kz фермер из Костанайской области Жанибек Кенжебаев, в 30 лет он решил кардинально изменить свой образ жизни, уйти из IT-сферы и уехать в степь разводить лошадей.
 
Сейчас в его животноводческом хозяйстве порядка 6 тыс. голов скота, половина из которых – лошади. Жанибек разводит классические казахские породы: мугалжарскую породу лошадей, калмыцкую породу коров и едильбаевскую породу овец.
 
По словам фермера, когда он начал анализировать рынок, то понял, что в Казахстане дефицит поголовья лошадей. Основная проблема для животноводов– это высокая себестоимость мяса и его низкая стоимость на рынке.
 
- Я могу зарабатывать за счёт того, что у меня большие обороты. А человек, у которого сто коров, на них ничего не заработает. Я думаю, что нужно иметь хотя бы тысячу голов КРС или лошадей, чтобы чувствовать себя в безопасности, не переживать за завтрашний день и крепко стоять на ногах. Но тут возникает вторая проблема – отсутствие кадров на рынке труда.  Нет ни ветеринаров, ни зоотехников толковых. Очень мало механизаторов, которые бы разбирались в сельхозтехнике. И если даже ты находишь хороший кадр, то он, как правило, возрастной. Профессионалам за пятьдесят или под шестьдесят уже, не хватает сил и энергии. Молодёжи нет, - рассказал Кенжебаев.
   
- На какую зарплату может рассчитывать молодой парень, который готов, сидя в седле 365 дней в году, пасти чужое стадо?   
 
- Молодые коневоды готовы работать на 200-300 тысяч тенге в месяц годами. Но при одном условии: если ты им создашь достойные условия труда и жизни. То есть там, где работник будет проживать, должно быть электричество, холодильник, газовая плитка, телевизор, удобная одежда. Он должен приезжать на базу и иметь возможность помыться в бане. Ты как работодатель должен создать привлекательные условия для рабочих, чтобы это было намного интересней, чем таксовать в городе или на стройке бетон месить.
Печально то, что не все фермеры относятся к тем же коневодам так, как мы. Когда мы нанимаем человека, для нас он в первую очередь личность со своими потребностями, которая нуждается в уважительном отношении и справедливой оценке своего труда. Поэтому у нас получается молодёжь завлекать.
А есть места, где работника будут держать за раба. Выжмут из него всё и кинут. И таких случаев с негативным опытом – 95%, - сказал фермер.
            
– Зачастую фермер или человек, держащий скот на частном подворье, остерегается сообщать о каких-то признаках болезни у скота, боясь, что хозяйство или аул закроют на карантин, скот уничтожат или вынудят сдать в мясокомбинат по дешёвке. Как часто, по-вашему, так бывает?
 
– Во-первых, государство не выплачивает нормальную компенсацию, чтобы фермер рассуждал так: у моей коровы подозрение на ящур, лучше я сообщу местному ветврачу, чтобы он взял пробы, уничтожил скот, а государство мне выплатит достойную компенсацию.
Нужно, чтобы человек не боялся ущерба. Если бы государство хотя бы 75% от реальной стоимости головы возмещало бы, то все бы сообщали о таких случаях.   
 
– Сколько процентов от вашего оборота уходит на вакцинацию поголовья?
 
– Где-то 2-3% в год. Но цены за последний год сильно изменились. Всё подорожало как минимум в два раза. Из десяти видов вакцин, например, только одна казахстанская. Все остальные российские. Особенно после начала военных действий в Украине всё российское подорожало. Мы же подвязаны к российской экономике.
Но удорожание препаратов ни в коей мере не должно быть причиной отказа от вакцин. Сколько бы они ни стоили, надо всегда вакцинировать скот.
 
– В одном из своих постов в соцсетях вы критикуете ветеринарные службы. В чём суть ваших претензий?
 
– В моём понимании ветеринарные службы должны помогать и оберегать фермеров от проблем, а не быть карательным органом, как полиция.
Фермер не должен бояться, что его хозяйство закроют на карантин и уничтожат скот. Ни для кого не секрет, когда в поголовье якобы выявляется бруцеллёз и следом звонит какой-нибудь ветеринарный врач или его знакомый и предлагает сдать скот на определённый мясокомбинат по такой-то цене. Я считаю, что это кощунственно! И таких случаев много. Надо ветеринарную службу превратить из карательного органа в службу поддержки.    
 
– Ощущаете ли вы заботу, поддержку от государства?
 
– Я чувствую заботу от местных районных и сельских властей. По-человечески я им благодарен. Но нет помощи от системы в целом.
 
– А в какой помощи вы нуждаетесь?
 
– Я бы хотел экспортировать своё мясо по 20-30 долларов за килограмм. А конкретно – конину в Японию. Тогда я бы платил достойную зарплату своим коллегам. Мой бригадир табуна сейчас получает 240-270 тысяч тенге на руки. Но я считаю, что это мизер и эти люди должны получать минимум в 2, а-то и в 2,5 раза больше.
Из-за того что я не могу мясо дороже продать, не могу поднять им зарплату. Если государство даст мне возможность экспортировать, я в первую очередь не куплю себе джип, а в два раза подниму зарплату табунщика. И получу от этого в тысячу раз больше удовольствия, чем от покупки внедорожника.     
 
– А что сейчас мешает экспорту?
 
– У нас привыкли всё помпезно запускать с красной лентой, тысячами статей и сюжетов в СМИ. И всё на этом!
Если вы помните, несколько лет назад планировался экспорт казахстанской говядины в Китай. Таких вещей начитаешься и мечтаешь, вот оно наше светлое будущее! И вот прошло время, а воз и ныне там. Никаких телодвижений.
Наше хозяйство вошло в список фермерских хозяйств, которым разрешён экспорт конины в Японию. Обещали в этом году осенью привезти к нам японскую делегацию. Не хочу, конечно, ни о ком плохо говорить, но мне кажется, всё это закончится так, как обычно у нас это заканчивается. Тут ответственность на людях, которые принимают решения. Если ты уж начал дело, надо до конца его доводить.
Япония со своей стороны готова платить от 20 до 50 долларов за килограмм нашей конины. Я бы тут всё упаковал, заморозил и отправил бы туда. Но так просто этого сделать нельзя. Нужны разрешения, согласования, межгосударственные соглашения, ветеринарные нюансы, коридоры какие-то должны открыться, в общем, препон много при экспорте мяса из одной страны в другую.
Япония – страна с высочайшими стандартами и заботится о здоровье своего населения. Японец никогда не купит у меня мясо, пока японское правительство не даст гарантию, что мясо Жанибека чистое и его можно есть. А для чего ещё нужно государство? Для того, чтобы помогать таким как я предпринимателям. Не так ли?  
 
– А что вы готовы отдавать государству кроме налогов и рабочих мест?
 
– Мы часть экономики страны. Но есть ещё такая вещь как продовольственная безопасность. Мало кто об этом думает и говорит, но это очень важный вопрос.
Если завтра, не дай Бог, возникнет ситуация, когда Казахстан не сможет импортировать зарубежное мясо, страна способна обеспечить внутренний спрос? Мы не способны! А такие фермеры, как мы, и есть часть обеспечения продовольственной безопасности. Выращивая скот, мы даём государству определённые гарантии, что в сложный момент сможем прийти на помощь.