Мясопереработчики не считают, что отрасль ждет застой

Жаркая дискуссия между фермерами и переработчиками мяса развернулась после публикации нашей статьи о стагнации в мясной отрасли. Животноводы говорят, что КРС выращивать невыгодно, они планируют пустить под нож весь скот из-за слишком низкой закупочной цены. По их мнению, в отрасли наблюдается упадок. Переработчики же, напротив, считают, что поголовье из года в год растет, скота меньше не становится, на данное время на предприятиях наблюдается очередь на сдачу скота. А сельское хозяйство – это такой же бизнес, как и любой другой, и если хозяйственник, даже получая госсубсидии, не справляется, то пусть уходит из отрасли.
 
Как сообщил агентству «АПК Новости» директор  ТОО «МВ4» Адабольский мясокомбинат Азамат Шалмагамбетов, в стране наблюдается рост поголовья скота, как по КРС, так и МРС, и особенно лошадей.
 
«Мы забиваем маточного поголовья примерно 70% от всего объема забиваемого КРС и поголовья меньше не становится, так как это нормальный процесс обновления. Переработка идет, реализация есть. Я на рынке довольно давно. За последние 4 года с момента покупки простаивающего мясокомбината, наша компания стала экспортером мясных полуфабрикатов и крупным поставщиком на внутреннем рынке, чего невозможно было бы сделать при дефиците предложения живого сырья.
Я не согласен с мнением, что отрасль ждет стагнация. Считаю, что перспектива у отрасли есть. Из года в год статистика фиксирует рост поголовья КРС. Скот весь сейчас пробиркованный, поэтому статистику подделать становится сложнее, есть погрешности, но, думаю, это дело, устранимое со временем», - отметил А.Шалмагамбетов.
 
В январе 2022 года Российская Федерация закрыла импорт мяса в свою страну из Казахстана в связи с неблагополучной санитарно-эпидемиологической ситуацией в наших приграничных областях.  Узбекистан не покупает у нас много мяса, так как предлагаемая цена от узбекских байеров экономически не рентабельна (если только не работать на возврат НДС). Китаю мы тоже не интересны из-за слишком малых объемов.
 
«У меня на предприятии загрузка мощностей в связи с закрытием экспорта увеличилась кратно, валовый объем реализации мяса и мясных полуфабрикатов с 2020 года растет по 200%. И скота меньше не становится. На данное время наблюдается очередь на сдачу КРС. У коллег в Алматинской области на мясокомбинате не хватает сырья, они вынуждены завозить скот с Акмолинской области, а это транспортное плечо минимум 1500 км. О каком избытке предложения КРС можно говорить?
Я считаю, что животноводы немного лукавят, что остановятся или обанкротятся, ни того, ни другого я не вижу, наоборот, у них поголовье скота растет», - считает глава мясоперерабатывающей компании.
 
Как отразился запрет на экспорт мяса на фермерах, гражданах, переработчиках?
 
«Введение запрета на экспорт отразилось на нашей стране, считаю, краткосрочно положительно, государство в выигрыше относительно подъема цен. Оно смогло удержать уровень потребления своих граждан относительно  дешевым мясом, потребитель в плюсе. Если бы открыли экспорт, цены бы просто взлетели!», - отметил директор мясокомбината.
 
Однако прибавил, что пора уже весь рынок живого скота разделить на товарную (организованную) и нетоварную (хаос) часть. Товарную говядину с откормочных площадок и мясокомбинатов сертифицировать и отправлять  на экспорт, а нетоварную часть с ЛПХ, КХ, МПХ выводить на легальный внутренний рынок, сняв излишние барьеры в Налоговом  кодексе ст. 341, а именно убрав порог сдачи от ЛПХ на организованные площадки. Чтобы скот с ЛПХ контролируемо забивался и поступал на реализацию на рынки и магазины города и налоги с этой реализации шли в доход государства, а не в карманы перекупщиков. 
 
Сельский житель, не опасаясь, наращивал бы свое поголовье скота, переходя со временем в среднего фермера с ростом капитала в виде живого скота.
 
«В целом, считаю, запреты для страны в долгосрочной перспективе не продуктивны. Нужно разрешать экспорт, но разрешать его для организованных хозяйств (откормочных площадок) и только по безналичным контрактам, чтобы отследить потоки, на которые можно вводить экспортные пошлины и налоги на доходы от  живого скота, и/или обязать организованные площадки часть своего поголовья реализовывать на местном рынке - отметил Азамат Шалмагамбетов.
 
Между тем, фермеры говорят, что закупочные цены на мясо стали слишком низкие, говядину покупают по цене окорочка. Однако переработчики говорят, что это рынок, сельское хозяйство – это такой же бизнес, как и любой другой.
 
«Если хозяйственник слабый, то он уходит из отрасли. Животноводы жалуются, что сейчас дорогие корма и удорожание кормов в перспективе только увеличится. Считаю, что необходимо субсидировать строительство комбикормовых цехов или заводов для наращивания кормовой базы.
Пришла пора взросления в сельском хозяйстве, рынок профессионализируется, земля – это капитал, скот – тоже. Животноводы почему-то считают, что им кто-то что-то должен, это не эволюционная постановка вопроса.
К примеру, у переработчиков нет никаких субсидий. Весной мы работали в убыток. Потому что цены у нас зафиксированы на год. Если стоимость мяса от фермера поднимается, то свою цену мы вынуждены держать. Когда идет рост цен, то мы просто пытаемся оптимизировать свой бизнес и снижать расходы. Что мешает животноводам поступать так же?» - заключил Азамат Шалмагамбетов.

Татьяна Злая. Фото из открытых источников